18+
  Войти, или Зарегистрироваться (Что мне это даст?)

Линников Дмитрий Семенович


...Шел 1942 год. Положение в р.п. Константиновском становилось все напряженнее с каждым днем. «В скором времени, — пишет в своих воспоминаниях бывшая медсестра райбольницы Клавдия Ивановна Фирсткова (они датированы 19 февраля 1968 года. Прим. автора), — появился немецкий самолет и начал бомбить переправу. К нам в больницу доставили красноармейца, тяжело раненного осколками в живот. Не теряя времени и не считаясь с бомбежкой, я приготовила инструмент. Линников Дмитрий Семенович и ассистент Дудник Валерия Федоровна приступили к операции. На второй день бомбежка усилилась. Больные были выписаны. Работа в больнице прекратилась. Операционная и палаты разбиты. Пришлось укрываться, кто где сможет.

Дмитрий Семенович сказал мне, чтобы я никуда не уезжала, т.к. обязана была оставаться с ним работать». Через несколько дней немцы оккупировали Константиновский. Как вспоминает Клавдия Ивановна, Дмитрий Семенович Линников, завхоз Тимофей Иванович Ильин, фельдшер Алексей Васильевич Давыдов начали собирать оставшихся тяжелораненых красноармейцев. Их оказалось около 40. Всех бойцов разместили на первом этаже здания сегодняшней поликлиники. Приступили к операциям. Не хватало перевязочного материала, медикаментов. В помещении, где приходилось работать персоналу, были выбиты стекла. Но операции проходили успешно.

Через некоторое время Д.С.Линников стал приглашать на работу сотрудников. Своими силами был восстановлен хирургический корпус, больных перенесли в хирургические палаты. В поселке были немцы, и поэтому раненые красноармейцы лежали под видом гражданских лиц. А когда кто-то из бойцов выздоравливал, Дмитрий Семенович ставил другой диагноз и оставлял в больнице. Работать было очень тяжело. Не хватало не только инструментов, лекарств, но и продуктов питания. Благодаря Д.С. Линникову, который пользовался большим авторитетом у жителей района и завхозу Т.И. Ильину, больных удавалось спасать и от голода.

«Шел 1943 год, — пишет К.И. Фирсткова. — Под натиском Советской Армии немецкие гады отступали на запад. Они стали расстанавливать огневые точки к обороне и во дворе больницы. Положение создавалось опасным, т.к. корпус, где они находились, был деревянный. Вопрос стал: что делать с красноармейцами? Решили повыдать одежду ходячим больным, кто мог скрыться самостоятельно. Остальных перевели в каменное здание. И вот началось наступление Советской Армии. Орудие немцы поставили рядом с поликлиникой, пулемет втащили на второй этаж. Таким образом, мы очутились в огневой точке. Вечером Дмитрий Семенович приходит к нам домой и говорит: «У меня создается безвыходное положение. Я остался с завхозом Ильиным при больных. Вы, Клавдия Ивановна, как операционная сестра, нужны будете на случай операции и перевязок. Санитаром будет ваш муж Павел Михайлович и санитаркой Александра Васильевна Киреева. Надежда только на вас». Не долго думая, мы с мужем покинули дом и пошли. Жизнь бойцов в то время для нас стала дороже всего. Кроме больных у нас скрывались Сабодашев Афанасий, Аскамов Коля (в то время он был беспризорным). Коля приносил трофейное пшено, из которого завхоз и Киреева готовили пищу.

И вот немцы нас обнаружили. Приходят два немецких офицера и с ними немецкий врач. «Что за госпиталь?» — спрашивают немцы. Мы отвечаем; «Это раненые во время бомбежки. Не успели уехать домой». Немецкий офицер приказал разбинтовать раненого. Я разбинтовала. Врач немецкий посмотрел на Дмитрия Семеновича и сказал: «Советский врач гут! Берегите себя!». Но эти слова заставили нас всех задуматься. Все! — решили мы. — Немцы что-то задумали плохое против нас. Ну, а что оставалось делать? Больных перенести, укрыть некуда. Самим можно было уйти, но сознание, что на твоих руках беспомощные больные, не давало сделать это. Решили: двум смертям не бывать, одной не миновать. Будь что будет!

Ночью наши красноармейцы прорвались по балке с восточной стороны. В уличном бою были взяты в плен несколько советских солдат. Среди них оказался и раненый лейтенант. Прислали за Дмитрием Семеновичем посмотреть раненого. Взяв перевязочный материал, я пошла вместе с Дмитрием Семеновичем, сделала перевязку. Немецкий комендант разрешил нам забрать раненого. Фамилию разведчика не помню, а звали его Коля.

В последний день перед отступлением немцев мне пришлось пойти домой за продуктами, но дома ничего не оказалось — все порастащили. Когда я возвратилась обратно в больницу, Дмитрия Семеновича там не было. Его, моего мужа и завхоза немцы забрали на сборный пункт. Несмотря на преграды немецкого конвоя, я все-таки пробралась к мужу. Он мне сказал, что Линникова от них отделили. Благодаря переводчице Айвазовой меня пропустили к нему.

— Моя просьба к вам, Клавдия Ивановна, — сказал мне Дмитрий Семенович. — Не оставляйте ни на минуту больных, на вас надеюсь. Вы остались вдвоем с Киреевой А.В. Что будет со мной, не знаю. Наше положение оказалось жутким. Предположения всякие лезли в голову. К вечеру Линникова отпустили. Он вернулся к нам. Радости всех не было конца. Моего мужа, завхоза и фельдшера Давыдова А.В. вывела из немецкого лагеря Воинова Ф.Т.

В этот вечер сидим при коптилке, входит к нам немец, говорит чисто по-русски:
— Что это за партизаны скрываются?
— Это больные, — отвечает Дмитрий Семенович. Немец посмотрел на всех и вдруг командует:
— Ложись! И ни с места никто. Лежим. Слышны по лестнице крик, топот немецких сапог, лязг железа. Очевидно, тащили пулемет. Через некоторое время все стихло. К нам никто не входит. Постепенно мы стали подниматься. Сидим, как обреченные, ждем, что будет дальше.

И вдруг открывается дверь. Входит наш русский солдат с красной звездочкой на фуражке. Нашей радости не было конца. Все наши больные повскакивали с постелей с криком «ура!», побросали костыли, некоторые сейчас же ушли с Красной Армией, некоторых передали в военкомат. Этот первый красноармеец, который к нам вошел, был начальник заградительного отряда. Он был удивлен, что врач с персоналом находится при больных красноармейцах, и все остались живы и невредимы. Сказал: «Прошел весь фронт и нигде подобного не встречал. Вы достойны правительственной награды».
— Благодаря Красной Армии, что скоро нас освободила, — ответил Дмитрий Семенович«. Бои за освобождение родной земли продолжались, воинские части с боями двигались дальше. Дмитрию Семеновичу Линникову с его коллегами медсанбат оставил 170 тяжелораненых бойцов. Так что снова не пришлось идти домой, а срочно собирать врачей, санитарок и просто граждан, готовых ухаживать за больными.
— Операции шли день и ночь, — пишет Клавдия Ивановна. — Помню, целую неделю, не уходя из больницы, работали, не считаясь со временем. Мы не отходили от раненых, пока жизнь не вступила в свою обычную колею. ... Эти самоотверженные люди жили среди нас. Их хорошо знает старшее поколение константиновцев. Бесстрашные, приближающие своим мужеством миг долгожданной победы над ненавистным врагом. Дмитрий Семенович Линников работал заведующим хирургическим отделением районной больницы с 1930 по 1967 год. В 1966 году ему было присвоено звание «Заслуженный врач РСФСР».

Не все его коллеги удостоены правительственных наград. Но и работали они честно не ради орденов и званий. Они просто выполняли свой долг, оставаясь верны когда-то данной клятве Гиппократа даже в невероятно трудных и опасных для собственной жизни условиях. Через призму времен к нам обращены их открытые лица, словно говоря ныне живущим: «Мы отстояли мир на родной земле. Не забывайте об этом!».





Партнеры

Смотрите информацию протрузия на сайте.