18+
  Войти, или Зарегистрироваться (Что мне это даст?)

Мы тоже были молодыми

13 Апреля 2012, 15:37

Сегодня много говорят о проблемах молодежи в нашей стране. Вот и мне вспомнилось начало 80-х прошлого века, молодежные проблемы тех лет.

По всей стране, (тогда СССР) развертывались Всесоюзные и Областные комсомольские стройки. Со всех республик, краев и областей, по комсомольским путевкам молодёжь в составе строительных отрядов ехала на стройки. Стройотряды были организованы как на постоянную, так и временную работу. Одним из таких отрядов был «Атоммашевец», организованный Ростовским Обкомом комсомола. Отряд формировался ежемесячно из числа командированных от городов и районов области, с присвоением порядкового номера.

Размещался он в плацкартных вагонах железнодорожного состава до 15 вагонов. В том числе: вагон-ресторан, как платное кафе, вагон-клуб, купейный вагон-штаб, санитарно — бытовой вагон с медпунктом. В одном из вагонов проживала женская часть стройотряда. За дисциплиной в вагонах следили проводники и избранный староста вагона. На ночь все вагоны, кроме штабного, изнутри закрывались так же, как и межвагонные двери. Железнодорожный состав размещался в центре стройки, в нескольких километрах от города Волгодонска. Все условия для проживания были вагонные, кроме уличного туалета и находившихся рядом столовой и магазинчика. Кстати, такого выбора продуктов в нашем городе я не видел до 2000 годов.

А теперь представьте молодого человека 23 лет, из интеллигентной семьи в костюме и туфлях прибывшем на стройку.

Кругом возвышались бетонные сооружения, рылись котлованы, по дорогам месили и переливали с места на место жидкую грязь большегрузные машины и трактора. В иных местах дорогу преграждали большие металлические конструкции. И только на небольших щебёночных островках располагались строительные вагончики. Железнодорожный состав «Атоммашевца» находился недалеко от одного из таких островков, но добраться до него без сапог не представлялось возможным. Пришлось подворачивать брюки и «плыть» до пункта назначения командировки.

В первый же день, как одному из членов штаба, пришлось решать вопросы благоустройства наших молодых строителей. В нескольких вагонах не работало электрооборудование, в других — неисправны замки дверей и ряд других неисправностей. Какая-либо посуда отсутствовала, не было даже чайника. У многих ребят с собой были электробритвы с питанием от 220 в, а ближайшее электропитание, находилось только на отдаленных строительных объектах (электроснабжение железнодорожных составов того времени было 110 в). Рабочий день штабистов начинался с шести утра и заканчивался, при благополучном стечении обстоятельств, далеко за полночь. Бытовых проблем было много, и решать их приходилось оперативно, во избежание перерыва производственного процесса более 400 строителей. Днём на улице тепло, но на календаре конец февраля, поэтому часть ремонтных работ пришлось провести собственными силами. Одному из прежних штабистов, не справившемуся со своими обязанностями, ребята дали кличку-«тазик». Не хотелось бы иметь подобного прозвища.

Состав нашего отряда был около 450 человек. Хотя и назывался он комсомольско-молодёжным, но по возрасту он был от 17 и до 60 лет. В составе были не только комсомольцы, но и ранее судимые. Кто прибыл сам, а кого и направили с предприятий: врачи, учителя, шахтёры, студенты и т. д., люди самых разных профессий или вообще без профессии и опыта работы.

В течение двух-трех дней все были трудоустроены и бытовые вопросы решены. Был установлен телефон, подведена электролиния к ближайшей опоре, что позволило установить освещение территории «Атоммашевца» и кипятить воду. Вечерами проводились дискотеки. Молодость брала свое даже там, где бытовые условия были не на высоте.

Но все это было только частью решения проблем. На территории стройки располагалось несколько исправительных учреждений с условно осужденными. Основной их состав была тоже молодёжь. И если до 23 часов с порядком было более или менее, то ночи для членов штаба и девчат были каламбуром. Организованная из состава добровольцев дружина и наряды милиции лишь немного успокаивали накалявшуюся обстановку. Мы делали ночные обходы, гонялись за нарушителями порядка с обоих сторон, угрожали своим отправкой домой, а осужденным — сдачей в милицию. Но сегодня ловили одного, а назавтра появлялся следующий нарушитель. Нельзя сказать, что осужденные сильно докучали, своих зачинщиков инцидентов тоже хватало. Больше доставалось активистам штаба и добровольным дружинникам. Порой ночные погони за осужденными продолжались до рассвета. В погоне за нарушителями в вагонах гас свет, блокировались межвагонные двери или нарушитель просто прятался в вагонных нишах, туалетах. Ночами кто-то открывал женский вагон. Ломали дверные замки, портили электропроводку, обрезали телефонный кабель. В общем, было «весело», особенно, когда среди ночи раздаётся женский крик, а вагонная дверь заблокирована. Через несколько дней был пойман проводник, ранее судимый, блокирующий двери вагонов, открывающий по ночам женский вагон, и уволен с работы. Но это не останавливало от дальнейших нарушении в последующие дни. Нарушители каждую ночь, после12 часов, по-прежнему пытались проникнуть в женский вагон. Работники милиции, такие же молодые парни, не успевали ловить нарушителей, и нам приходилось гоняться за осужденными самим. Через пять дней пребывания «Атоммашевца» на стройке стройотрядовец со своими дружками избили осужденного, не поделив «невесту».

В этот же вечер произошла групповая драка, зачинщиком которой был «атоммашевец». Ответная реакция не заставила себя долго ждать.

Около 12 часов ночи, разобравшись с драчуном, выходя из вагона, мы попали в жестокую потасовку. В то время рабочая форма у постоянных строителей, у стройотрядовцев и у осужденных поселенцев, работающих на стройке, была практически одинаковая. За несколько минут до нашего выхода из вагона погасло освещение на территории «Атоммашевца». Около вагона собралось больше полусотни людей. Проходя через них, два работника милиции были схвачены и свалены на землю. Активистов из штаба окружила группа людей, вооруженных кусками арматуры, металлических труб, и, размахивая своим оружием, оттеснили нас от входа в вагон. Несколько человек с дикими криками погнались за двумя стройотрядовцами. В конце железнодорожного состава послышались душераздирающие крики. Наряд милиции был разоружён. По определению медсестры зачинщик и один член штаба находились в бессознательном состоянии с переломами и множественными ссадинами. Всё произошло за 1-2минуты. Мстители как быстро появились, так же быстро и разбежались. Теперь, как взбудораженный улей, «загудел» весь состав «Атоммашевца», началось самовольное вооружение четырехсотенного отряда бойцов с лозунгами мести.

С большими усилиями удалось остановить смуту. Телефонный провод был порезан на несколько кусков, о быстром восстановлении связи не могло быть и речи. Нашелся доброволец добежать после всего увиденного через километровые неосвещенные объекты громадной стройки до города для вызова скорой помощи. Через час прибыли медики, но, увидев разъярённую толпу, вооружённую лопатами, ломами, кусками арматуры, побоялись выйти из машины. Их можно было понять. Два молодых человека истекали кровью и несколько десятков человек с яростью бросились переворачивать автомобиль скорой помощи. С испугом в глазах медики увезли пострадавших в городскую больницу.

Нам, членам штаба, надоели бессонные ночи, и налаживать отношения с осужденными пришлось самим.

Найдя приметного молодого паренька среди осужденных, я решил с ним встретиться и заключить негласный договор. Нельзя сказать, что он мне сразу поверил, но на встречу всё же пришёл. Его звали Жека (возможно кличка).

Впоследствии, согласно нашего «договора», осужденным разрешалось посещать все наши мероприятия, в том числе и быть в вагонах до 23 часов без драк, насилия и воровства. Жека сдержал своё слово. Остальные ночи мы спали спокойно. Своих нарушителей мы отправляли домой. А бунтарей из числа осужденных Жека наказывал своими, иногда, на мой взгляд, жестокими мерами.

Все были молодыми: и атоммашевцы, и приходившие к нам осужденные, со всеми надо было работать. Не думаю, что той молодёжи было легче, чем сегодня в кризисной обстановке. Никто не стремился совершать геройских поступков, просто каждый делал, как считал нужным.

Кстати, за свою работу все члены нашего штаба были награждены ценными подарками Центрального комитета комсомола.

Вячеслав Градобоев.


Партнеры